Владимир Брагинский.
Иммиграция евреев Германию:
Манипуляция сознанием и
этический аспект.
Фрагменты главы "Немцы".
...Немцы прагматичны. Прагматичность -
это, наверное, одна из центральных черт немецкого национального
характера. Прагматичности в немцах не станет отрицать никто из тех, кто
хоть когда-то, хоть сколько-нибудь долго прожил в Германии или хоть
сколько-нибудь тесно общался с ними. Сами немцы, мне кажется, не
прагматичных немцев даже и за немцев не держат. Поэтому начнем наше
повествование с чисто прагматического вопроса - с соображений об
экономической выгоде от визита римского понтифика в кельнскую синагогу.
Первыми положительный экономический
эффект от посещения римским первосвященником еврейской синагоги в
Германии почувствовали продавцы литературы по теме «Холокоста не было».
Во всех странах, на всех континентах брошюрки и книги, в которых
отрицается Холокост или занижаются его масштабы пошли нарасхват.
Множеству обывателей из числа убежденным в том, что евреи виноваты в
распятии и смерти Иисуса Христа, или допускающих, что евреи по
праздникам пьют кровь христианских младенцев, после просмотра
телетрансляции встречи понтифика евреями Кельна потребовались более
подробные сведения о том, как это иудеям удалось сочинить и внедрить в
общественное сознание в мировом масштабе очередную ложь, теперь уже про
какую-то Катастрофу. Тиражи книг с названиями вроде «Холокост - выдумка
сионистов» пришлось срочно допечатывать.
Кроме книготорговцев положительный экономический эффект от телетрансляции в ближайшее время должна ощутить вся немецкая
промышленность, и в первую очередь, работающая на экспорт. Механизм
этого ожидания уже другой. В его основе лежит улучшение имиджа Германии,
а значит и немецкого предпринимательства, так сильно подпорченного в
глазах мирового бизнеса использованием рабского труда пригнанных в
Германию из оккупированных стран гражданских лиц и миллионов узников
концлагерей в годы второй мировой войны.
И в мире и в Германии не
забыли, так же и то, что финансировали приход нацистов к власти, а
следовательно и строительство концлагерей Тиссен, Кирдорф и другие не
менее известные немецкие бизнесмены. Предприниматели, особенно среднего
и высшего звена - это уже не обыватели, которые сомневаются, в том был
ли Холокост. Они то точно знают, что Холокост не выдумка и более того
многим из них известно, что Германияоткрыла канал еврейской иммиграции и уже
пятнадцать лет как принимает евреев из бывшего Советского Союза под
видом беженцев. Для них не секрет, что евреи, встречающие римского папу
в кельнской синагоге, говорят не на немецком, а на русском языке.
Положительный
экономический эффект от телетрансляции ожидается в Германии как на
макро, так и на микроуровне. На макроуровне, как результат более теплого
и доверительного, а значит и более эффективного взаимодействия немецких
бизнесменов с бизнесменами других национальностей, включая конечно
еврейских, коих в мире не так уж и мало и кои по соображениям этики
стараются держаться подальше от своих немецких коллег. Повышение
прибылей на микроуровене, - это рост доходов от продажи немецких товаров
предназначенных для личного пользования, таких как лекарства, мыло, шампуни,
пылесосы, кофеварки и тому подобное, ну и, конечно, автомобилей.
Как известно множество евреев в мире
не покупают товаров, на которых стоит клеймо «Made in Germany». Эти
люди считают невозможным не только общаться с немцами, но даже
прикасаться к тем вещам, которых касалась рука немца. Логично
предположить, что телетрансляция из Кельна подвинет миллионы покупателей
евреев в мире к примерно такого рода рассуждениям. Видишь, скажет своей
жене какой-нибудь Саре, какой-нибудь Исаак где-нибудь в Голландии,
Америке или России, посмотри в телеэкран, голубка - в Mörderland
появились евреи, там возродилась еврейская жизнь.
Если эти евреи
простили немцев, живут и работают среди них, так почему мы не можем
покупать товары из Германии? Может, хватит вспоминать былое и
печальное, ведь те, кто убивали евреев или привели нацистов к власти, уже
не производят никаких товаров. Все они пенсионеры, если вообще живы, и
их руки почти наверняка не касались сработанной в Германии продукции,
эти товары почти наверняка сделали те, кто родились после войны.
Очевидно, что в какой-то части
еврейских семей спровоцированный телепередачей диалог закончится так: "…
какая разница, касались или не касались руками этих вещей немцы старшего
поколения, достаточно того, что эти товары сделаны там где были
концлагеря... . Давай не будем обсуждать тему товаров дорогая моя Сара, или
дорогой мой Исаак, а о руках давай будем говорить только в том смысле,
что мы с тобой, никогда не подадим руки тем евреям, которых видели
только что на телеэкранах, если их когда-нибудь встретим, да, я думаю,
они и сами не рискнут протянуть нам руку..."
Но, очевидно, так же, что какая-то
часть диалогов о «некошерности» товаров произведенных в Германии
закончится выводом - теперь покупать можно. От того, как много такого
рода диалогов закончится в пользу допустимости приобретения
произведенной в Германии продукции и зависит величина положительного
экономического эффекта на микроуровне. Учитывая массовость аудитории
зрителей наблюдавших встречу Римского Папы евреями Кельна можно
предположить, что эффект от акции будет существенным, по крайней мере в
Германии на это надеются...